Школа лояльности

«Я лучше замучаю сотрудника до величия»: какую цену платит команда за сильного лидера

Дженсен Хуанг на Computex Taipei, 2016. Фото NVIDIA Taiwan, CC BY 2.0

Десять спорных управленческих практик Дженсена Хуанга, их возможная польза и последствия для сотрудников и пять критериев, по которым стоит оценивать развитие команды.

Дженсен Хуанг выступает с микрофоном на Computex Taipei в 2016 году
Дженсен Хуанг на Computex Taipei, 2016. Фото: NVIDIA Taiwan / Wikimedia Commons, CC BY 2.0.

«Я лучше замучаю тебя до величия, потому что верю в тебя». Эту фразу Дженсен Хуанг произнес в 2024 году в интервью основателю Stripe Патрику Коллисону. Он рассуждал о том, почему не любит увольнять сотрудников. Хуанг верил, что большинство людей способны освоить гораздо больше, чем сами предполагают. Хороший наставник, по его мнению, должен помочь человеку преодолеть трудности, даже если путь оказывается болезненным. Хуанг говорил с иронией. Но истории из корпоративной жизни NVIDIA показывают, что его представления о профессиональном развитии действительно сопровождались чрезвычайно высокими требованиями.

После скандальной отставки Хуанга 12 ноября 2026 года мне захотелось внимательнее разобраться в том, как работала созданная им управленческая система.

В предыдущей статье я рассмотрела восемь полезных управленческих решений NVIDIA. Теперь хочу обсудить другую сторону корпоративной культуры. В ней обнаруживаются десять спорных практик, которые я объединила в пять тем.

И главный вопрос здесь следующий: какую цену платят сотрудники за высокую результативность компании и что в итоге происходит с их профессиональным развитием?

1. Публичная критика, внезапные проверки и интеллектуальные экзамены

В начале 2000-х NVIDIA пережила серьезную неудачу. Графический процессор на архитектуре NV30 уступал конкурентам по ряду характеристик, сильно нагревался и требовал шумной системы охлаждения. Ошибки, допущенные при разработке, обошлись компании дорого. Хуанг собрал несколько сотен сотрудников для публичного разбора провала. Ответственные руководители объясняли принятые решения, а он жестко критиковал их действия. Сама идея коллективного обучения на ошибках заслуживает внимания. Если компания допустила просчет, полезно, чтобы его причины понимали не только непосредственные участники проекта.

Но в NVIDIA подобные разборы нередко сопровождались публичным давлением. В книге Стивена Витта приводится история сотрудника, который не справился с относительно небольшим заданием. Хуанг в присутствии тридцати руководителей выяснил размер его заработной платы, подсчитал полученные за время работы премии и потребовал вернуть деньги. По словам самого сотрудника, после этого случая он практически не спал три недели.

Витт описывает и другую историю. Один из сотрудников попытался вступиться за коллегу, которого Хуанг публично распекал. В результате сам оказался объектом его гнева.

Есть и еще одна характерная практика.

Хуанг мог неожиданно подойти к инженеру и начать подробно расспрашивать его о проекте. По свидетельствам сотрудников, такие разговоры иногда напоминали экзамен.А однажды, по рассказу в книге Витта, Хуанг вступил в спор о ценообразовании с топ-менеджером, имевшим диплом MBA. Сам Дженсен к тому времени прочитал десять-пятнадцать книг по ценообразованию и попросил собеседника назвать три любимые книги по этой теме, но тот не смог. Хуанг в ответ перечислил свои рекомендации книг и предложил вернуться к разговору после того, как сотрудник их изучит.

Здесь мы видим сразу три управленческие практики:

  • Публичная критика как способ коллективного обучения.
  • Внезапная проверка компетенций.
  • Установление высоких интеллектуальных стандартов руководителем.

У каждой есть рациональная основа. Руководитель хочет, чтобы сотрудники учились на ошибках, глубоко разбирались в работе и могли профессионально аргументировать решения. Но есть существенная разница между высоким стандартом и способом его предъявления.

Публичное унижение может заставить человека немедленно изменить поведение. Однако это еще не означает, что он лучше понял задачу, приобрел необходимые компетенции или сможет самостоятельно справиться с аналогичной ситуацией. Более того, у человека может сформироваться совершенно другая установка: не допускать ситуаций, в которых его работу будут публично оценивать.

Как развивать сотрудников без публичного унижения

Качественная корректирующая обратная связь – один из ключевых инструментов для эффективного руководства командой. В игре «Знаки развития» участники учатся обсуждать проблемные действия сотрудников, их последствия и необходимые изменения.Задача такой обратной связи - помочь человеку понять, что нужно изменить и как это сделать, сохранив при этом ответственность за результат.

Например, если сотрудник допустил ошибку при работе с клиентом, руководитель может публично объяснить команде причины сбоя в процессе. А индивидуально обсудить с сотрудником конкретные действия и способы предотвращения повторения ошибки.

Так коллектив получает урок, а сотрудник - возможность профессионального развития.

Тогда для руководителя важный критерий качества обратной связи - после разговора сотрудник лучше понимает, как действовать, или просто боится снова ошибиться?

2. Максимальная прозрачность и минимальная дистанция до первого лица

В традиционной крупной компании между генеральным директором и исполнителем существует несколько уровней управления. Хуанг считал, что такая структура замедляет обмен информацией и создает неравные возможности для сотрудников.

Поэтому организовал управление необычным образом. В 2024 году он рассказывал, что у него около шестидесяти непосредственных подчиненных. Кроме того, он практически отказался от индивидуальных встреч со своей управленческой командой. Причину Хуанг объяснял просто: если он сообщает что-то важное одному руководителю, остальные лишаются доступа к этой информации, поэтому он предпочитал обсуждать стратегию, проблемы и решения одновременно со всеми заинтересованными людьми.

Даже обратную связь Хуанг считал полезным давать публично, чтобы остальные могли учиться на чужих ошибках. В этой системе есть два интересных преимущества.

Во-первых, информация поступает быстрее, без многочисленных промежуточных пересказов.

Во-вторых, сотрудникам проще понимать общий контекст решений и взаимодействовать между собой.

Но здесь же возникают две серьезные проблемы.

Первая - зависимость от личности руководителя.

Если генеральный директор становится центральным участником огромного количества коммуникаций, возникает риск, что система будет терять эффективность при его отсутствии. Хуанг обладал огромными технологическими знаниями и десятилетиями лично участвовал в развитии продуктов NVIDIA. Но организационная устойчивость определяется в том числе способностью руководителей взаимодействовать и принимать решения без участия первого лица.

Вторая - отсутствие индивидуального пространства для обратной связи.

Коллективная встреча подходит для обсуждения общих задач. Но сотруднику может потребоваться поговорить о профессиональных трудностях, конфликте с коллегой или сомнениях относительно своей роли. Не все вопросы стоит выносить на обсуждение группы. Впрочем, я не буду драматизировать: хотя сам Хуанг не любил индивидуальные встречи, NVIDIA предоставляла сотрудникам индивидуальные возможности карьерного развития, включая коучинг.

Получается, что личный стиль первого лица не полностью определял все практики компании.

Главный вопрос для руководителя: как обеспечить одинаковый доступ к важной информации, сохранив индивидуальное внимание к людям?

Штаб-квартира NVIDIA в Санта-Кларе: стеклянное здание и озеленённая входная зона
Штаб-квартира NVIDIA в Санта-Кларе, 2018. Фото: Coolcaesar / Wikimedia Commons; обработка: Jacek Halicki. CC BY-SA 4.0.

3. Кризис как постоянный режим работы

В 1996 году NVIDIA действительно находилась на грани банкротства. Первый графический процессор NV1 потерпел коммерческую неудачу. Компания потеряла значительную часть ресурсов, а выбранную технологическую архитектуру пришлось пересматривать. Хуанг сократил команду, оставив около 35 инженеров.

Оставшиеся сотрудники работали над новым продуктом Riva 128. Чтобы ускорить разработку, они использовали аппаратный эмулятор для проверки проекта микросхемы.Решение было рискованным, но успешным. Выпуск Riva 128 помог компании выжить.

Эта история объясняет, откуда возникла одна из самых известных установок Хуанга: NVIDIA всегда находится в тридцати днях от банкротства.

В первые годы подобное ощущение действительно соответствовало обстоятельствам. Но Хуанг продолжал повторять эту мысль и значительно позднее, когда NVIDIA уже стала успешной компанией. Постоянная угроза заставляет людей сохранять концентрацию и не считать достигнутый результат гарантированным.

Однако возникает вопрос: что происходит с командой, которая годами работает в состоянии повышенной мобилизации?

В кризисной ситуации сотрудники способны на время увеличивать интенсивность работы. Но длительное поддержание такого режима может снижать качество решений, ограничивать обучение и приводить к истощению.

С этим связана еще одна управленческая практика Хуанга - Speed of Light. Он предлагал рассчитывать теоретически минимальные сроки выполнения задач и затем искать способы устранить задержки. Например, если на разработку уходит 18 месяцев, следует разобраться, какие этапы действительно требуют такого времени, а какие можно организовать параллельно. Подход способен выявлять неэффективные процессы. Но если расчетный минимум превращается в обязательный норматив, сотрудники могут быть вынуждены компенсировать ограничения процесса собственными усилиями.

Хуанг и сам задавал экстремальный стандарт работоспособности. В интервью Stripe он рассказывал, что работает практически все время бодрствования, семь дней в неделю.

А бывшие сотрудники NVIDIA в 2024 году сообщали Bloomberg о рабочих днях до часу-двух ночи и работе без выходных.

Таким образом, здесь сходятся три практики:

  • Постоянное напоминание об угрозе существованию компании.
  • Требование приближать сроки к теоретическому минимуму.
  • Высокая интенсивность работы как личный стандарт руководителя.

Какую цену платит команда

Работа в условиях высокого давления может давать краткосрочные результаты. Но важно понимать, за счет чего достигается производительность.

Сотрудники освоили новые способы работы? Упростили процесс? Устранили лишние согласования? Научились лучше взаимодействовать? Или просто стали работать больше?

Вторая ситуация может выглядеть весьма успешной в отчетах, пока дополнительная нагрузка компенсирует недостатки организации.

Здесь я бы предложила руководителям оценивать не только результаты, но и затраты ресурсов команды на их достижение.

Причем ресурсы - это не только деньги и рабочее время, но и внимание, энергия, профессиональная компетентность, возможность восстанавливаться и продолжать развитие.

4. Когда доступность руководителя превращается в постоянный контроль

В NVIDIA существовала практика Top 5 Things. Сотрудники регулярно направляли письма с пятью ключевыми наблюдениями о своей работе. Хуанг лично читал множество таких сообщений. Это позволяло ему обнаруживать проблемы и новые возможности без длительного прохождения информации через иерархию.

Но в сочетании с другими особенностями его стиля возникала интересная ситуация. Хуанг мог очень быстро отвечать на письма и немедленно заинтересоваться новой идеей.

В книге Тэ Кима описывается, что некоторые сотрудники предпочитали не отправлять интересные предложения в пятницу вечером. Они опасались, что руководитель тут же запустит обсуждение и потребуется работать над идеей в выходные.

Вот здесь проявляется управленческое противоречие. С одной стороны, доступность первого лица - огромный ресурс для команды. С другой, сотрудники могут начать подстраивать собственный рабочий ритм под скорость реакции руководителя.

Более того, если за сообщением о проблеме следует немедленная дополнительная нагрузка, у человека появляется стимул тщательно выбирать, когда и как об этой проблеме сообщать. В результате канал, созданный для прямого обмена информацией, может постепенно стать источником напряжения.

Что здесь важно для развития команды?

Руководитель должен показывать, что сообщение о проблеме приветствуется, даже если решить ее немедленно невозможно и отдельно определять, какие ситуации требуют срочной реакции, а какие допускают плановую работу.

5. «Я лучше замучаю сотрудника до величия»

Вернемся к главной фразе Хуанга. В интервью Stripe он объяснял, что не любит увольнять сотрудников, потому что верит в способность людей учиться.

В качестве примера приводил собственную биографию: в детстве он убирал туалеты, работал посудомойщиком и официантом, а впоследствии стал руководителем одной из крупнейших технологических компаний.

Хуанг считал, что большинство профессиональных навыков можно освоить, если приложить достаточно усилий. Ему не хотелось отказываться от сотрудника, который может находиться совсем близко к профессиональному прорыву.

В этой позиции есть сильная управленческая идея. Руководитель не должен оценивать потенциал человека исключительно по текущим результатам. Ошибка или недостаток знаний сегодня не означают, что сотрудник не способен освоить более сложную работу завтра.

Но здесь я вижу сразу два вопроса.

Первый: кто определяет, каким должно быть профессиональное величие сотрудника?

Для одного человека это возможность возглавить крупный проект. Для другого - стать признанным экспертом. Третий стремится качественно выполнять сложную работу, сохраняя достаточно времени для семьи и других жизненных интересов.

Представления руководителя о профессиональном успехе не всегда совпадают с целями сотрудника.

Второй: какие способы развития допустимы?

Высокие требования и конструктивная обратная связь необходимы для профессионального роста, но постоянное давление не обязательно улучшает способность человека учиться. Иногда оно приводит к тому, что сотрудники избегают сложных решений и действуют исключительно в рамках ожиданий руководителя.

В своей игре «Знаки признательности» я работаю с другой стороной управленческого воздействия - признанием конкретных действий и результатов сотрудников.

Признательность помогает человеку понять, какое поведение оказалось полезным и заслуживает повторения. В сочетании со «Знаками развития» эти инструменты позволяют выстраивать более содержательную систему обратной связи.

Руководитель замечает то, что сотруднику удается, и помогает корректировать то, что требует изменений. При этом высокая требовательность сохраняется, но развитие становится процессом, в котором участвуют обе стороны.

Почему успех NVIDIA не оправдывает автоматически все методы управления

NVIDIA добилась выдающихся результатов, преодолела несколько технологических кризисов и сформировала уникальную экспертизу в области ускоренных вычислений. Однако успех компании не доказывает, что все особенности ее управленческой культуры были необходимы для достижения результата.

Можно признать пользу коллективного разбора ошибок. Но для распространения знаний не обязательно унижать сотрудников.

Можно оценить скорость разработки новых продуктов. Но это не означает, что семидневная рабочая неделя была единственным способом добиться такой скорости.

Есть и еще один важный фактор - система вознаграждения. Сотрудники NVIDIA могли получать значительные доходы благодаря акциям компании.

В 2024 году Bloomberg описывал ситуацию, когда некоторые сотрудники стали миллионерами, но продолжали работать в условиях очень высокой нагрузки. Для части людей подобное сочетание профессиональных возможностей, финансового вознаграждения и интенсивности труда могло быть приемлемым. Другие сотрудники воспринимали нагрузку как чрезмерную.

Интересно и то, что в 2024 финансовом году общая текучесть персонала NVIDIA составляла всего 2,7%. Но этот показатель сам по себе не отвечает на вопрос о качестве управленческой культуры. Сотрудники могут оставаться благодаря интересным задачам и возможностям развития. А могут учитывать высокую стоимость ухода, особенно если часть будущего вознаграждения связана с акциями. Поэтому оценивать культуру исключительно по результатам бизнеса и удержанию сотрудников недостаточно.

Смена парадигмы: от личности лидера к развитию команды

Когда мы изучаем успешных руководителей, внимание обычно сосредоточено на их качествах. Нас интересуют стратегическое мышление, энергия, требовательность, харизма, способность принимать решения в условиях неопределенности. Но я предлагаю добавить еще один ракурс оценки управленческой эффективности.

Какие новые возможности появились у команды благодаря этому руководителю?

Для такого анализа я выделяю пять критериев.

1. Профессиональная компетентность

Какие задачи сотрудники научились решать благодаря полученному опыту? Например, публичный разбор ошибки может дать команде новые знания. Но действительно ли люди способны использовать их в дальнейшей работе?

2. Самостоятельность

Какие решения команда научилась принимать без участия руководителя? Если первый руководитель постоянно вмешивается в сложные вопросы, важно понимать, приводит ли это со временем к росту самостоятельности сотрудников.

3. Открытость

Насколько люди готовы признавать ошибки, просить о помощи и возражать руководителю? Исследования Эми Эдмондсон связывают психологическую безопасность с обучающим поведением команд. При этом возможность свободно обсуждать ошибки вполне совместима с высокими требованиями к качеству работы.

4. Коллективная результативность

Могут ли сотрудники эффективно взаимодействовать между собой, используя знания и ресурсы разных подразделений? Или для разрешения большинства противоречий им необходимо вмешательство руководителя?

5. Устойчивость

Сможет ли команда сохранять результативность при смене руководства? Для NVIDIA после отставки Хуанга этот вопрос приобрел особое значение. Ее управленческая система более трех десятилетий формировалась вокруг личности основателя. Насколько самостоятельно она сможет работать без его непосредственного участия, покажет дальнейшее развитие компании.

Эти пять критериев я предлагаю использовать и при оценке обычных управленческих практик.

Они помогают смотреть на профессиональное развитие сотрудников шире, чем через показатели прохождения обучения или достижения текущих KPI.

Как руководителю увидеть последствия собственных управленческих решений

Мне близка идея рассматривать работу руководителя через опыт, который получают его сотрудники. Ведь от управленческих решений зависит не только выполнение задач, но и повседневный опыт людей. Сколько времени уходит на согласования? Какие эмоции сопровождают обратную связь? Насколько понятны ожидания? Какие риски возникают при ошибках? Есть ли возможность открыто обсуждать проблемы?

Подобные вопросы мы рассматриваем в игре «Энергия HR-бренда», используя путь сотрудника и семь граней впечатлений. Такая оптика позволяет увидеть, как организационные правила и управленческие привычки влияют на опыт сотрудников на разных этапах взаимодействия с компанией.

Например, публичная критика может давать быстрый корректирующий эффект, но одновременно повышать эмоциональные риски и снижать готовность сообщать о проблемах. Постоянная доступность руководителя может ускорять решения, но одновременно увеличивать нагрузку на время и внимание сотрудников.

Руководителю важно видеть обе стороны подобных решений.Я бы предложила начать с небольшого управленческого эксперимента.

Выберите одну привычную практику: совещание, обратную связь, постановку задачи или разбор ошибки.

Затем задайте себе три вопроса:

  • Какую задачу я пытаюсь решить этим способом?
  • Какое поведение сотрудников он формирует?
  • Что сотрудники научатся делать самостоятельно благодаря этой практике?

Через месяц можно проверить, появились ли реальные изменения.

Например, стали ли сотрудники чаще самостоятельно предлагать решения? Сократилось ли количество повторных ошибок? Изменилось ли качество взаимодействия между подразделениями?

Так руководитель получает возможность оценивать собственные методы по изменениям в работе команды.

Вместо заключения

История NVIDIA заинтересовала меня сочетанием противоположных управленческих решений.

Хуанг стремился сокращать иерархию, но лично участвовал в огромном количестве вопросов.

Хотел развивать сотрудников, но допускал жесткую публичную критику.

Поощрял прямой обмен информацией, но создавал условия, в которых открыто возражать ему могло быть непросто.

Верил в профессиональный потенциал людей, но предъявлял к ним чрезвычайно высокие требования.

Я не думаю, что по этим историям можно однозначно оценить эффективность всей управленческой системы NVIDIA, но они заставляют внимательнее рассмотреть привычное представление о сильном руководителе. Лидер может лично принимать великолепные решения, добиваться исключительных результатов и поддерживать огромную интенсивность работы.

Однако качество созданной им команды требует отдельной оценки.

Насколько сотрудники становятся компетентнее, самостоятельнее, способны открыто обсуждать проблемы и сохранять результативность без постоянного участия руководителя?

Для меня именно здесь находится один из важнейших результатов управленческой работы и наверное результаты NVIDIA после ухода Дженсена Хуанга с поста главы компании дадут ответ на этот вопрос.

Управление командами